Лена Зайдель. “Воздушная тревога”.

Статья для выставки М.Яхилевича “Воздушная тревога” Галерея “Агрипас 12″ Иерусалим, 2013 год.

Чистое небо, пасторальный ландшафт, мягкий, пастельный колорит.
Идиллия… Тишь да гладь. Такими на первый, беглый взгляд, могут
показаться работы Михаила Яхилевича из серии «Воздушная тревога».
Однако, при более пристальном рассмотрении, оказывается, что это
впечатление обманчиво. Ни о какой пасторальной идиллии не может
быть и речи! Не взирая на то, что все эти «успокаивающие» компоненты
присутствуют на плоскости картин, они находятся там исключительно в
качестве флера, обмана зрения, миража.
Мягкие, пастельные тона оборачиваются дымчатой пеленой, прикрывающей
наличие притихшего кошмара. Напряженность, присутствующая в работах,
не кричит о себе во весь голос, а выявляет себя постепенно, посредством
мелких деталей – приоткрытая дверь бомбоубежища, небольшие фигурки
людей, распластавшихся на земле, безлюдные дороги и перекрестки.
Даже когда на дорогах неожиданно появляются машины, они неизбежно
изображаются застрявшими в пробке, пойманными в ловушку, безнадежно
застывшими между двух бесконечных, бетонных стен.
Эффект остановленного времени проявляется как в присутствии
действующих лиц этой безмолвной драмы, так и в их отсутствии. Трагическая
реальность раскрывается в позах людей, прикрывающих головы руками, в
удаляющихся силуэтах, бегущих в убежище, в робких фигурках, как будто
забывших себя на автобусных остановках, в селениях, забытых Богом.
И что же это за место? Где все это происходит? Оказывается, так выглядит
наш повторяющийся кошмар, выполненный в пастельной гамме. Это оно
– лицо кошмара, которое становится нашим лицом в то время, когда
завывают сирены воздушной тревоги.
И все же, при всем драматизме тематики, живопись Михаила Яхилевича
никогда не превратится в наивную иллюстрацию. Работы Яхилевича
навсегда сохранят свои чисто живописные качества. В основе этих работ
лежат хорошо продуманные композиции, а точность форм и цветовых
пятен открыто свидетельствует о процессе упорного поиска в бездонных
глубинах живописного пространства.
И действительно, в контексте этой серии, думаю, можно легко вообразить
Михаила Яхилевича в качестве водолаза-ныряльщика, погрузившегося
в глубины собственных работ и слышащего именно оттуда, из
завораживающего движения форм и цвета, настоящий вой сирены
воздушной тревоги!